Невеста криминала - Маша Драч
Я даже чуточку злюсь на всех этих людей, потому что у них всё хорошо, а мое счастье висит на волоске. Я не могу так же обнять своего мужчину и улечься с ним на одно для двоих полотенце, чтобы просто понежиться в лучах солнца. Не могу съесть с ним одно мороженое на двоих.
Затем меня отпускает, потому что я понимаю — эти люди не виноваты в моей беде.
В машину мы с Натаниэлем садимся уже в сумерках. Желудок урчит, требуя еды, поэтому я достаю одно яблоко для себе, а другое для Натаниэля. Те самые, с которыми я вчера зачем-то носилась по городу.
Мы не успеваем даже откусить по кусочку, когда Натаниэлю звонят. Мои знания каталанского смешные, но я улавливаю несколько знакомых мне слов из диалога и понимаю, что звонят из больницы.
Сердце вмиг тяжелеет и ускоряется. Я едва не роняю яблоко. Натаниэль заканчивает звонок и пишите мне в переводчике: «Очнулся».
Я шумно и часто дышу. Пальцы вонзаются в сочный твердый бок яблока.
Мы быстро выруливаем и мчимся назад в больницу. По дороге я мысленно благодарю всех и вся за то, что не отняли у меня его. Оставили. Господи!
Я так страшно хочу его увидеть. Хотя бы одним глазком. Пусть даже спящего. Спящего, а не в коме! Это совсем разные вещи!
Никаких слёз и истерик. Я становлюсь воплощением спокойствия и уравновешенности, несмотря на то что внутри происходит нечто такое, чему невозможно подобрать правильного определения. Там зарождается новая звезда, не меньше!
Натаниэль долго разговаривает с доктором, внимательно слушая каждое его слова и периодически кивая. Я несколько раз незаметно щипаю себя за предплечье, чтобы убедиться в реальности происходящего. Еще один такой сон я просто не переживу и сойду с ума.
Время визитом уже давно закончилось, но Натаниэль как самый настоящий наш со Стасом ангел-хранитель выпрашивает одну минуту.
Я честно обещаю, что не потрачу ни секунды больше, чтобы не подставлять его.
Захожу в палату. Она всё такая же и Стас — тоже. Но в то же время теперь всё совсем по-другому.
Я хочу поцеловать его в лоб и пожелать крепкого здорового сна. Только и всего. Бегу на носочках к его постели. Пытаюсь унять дрожь в пальцах и свое сбитое дыхание. Наклоняюсь и целую в лоб. Он теплый! Теплый! И трубки той дурацкой, что раньше торчала во рту больше нет.
— В… выходи з… за м… меня, — вздыхает Стас.
Я вздрагиваю и ошалело смотрю на него. Бледные губы чуть-чуть шевелятся.
Это реальность или галлюцинации?
— За меня… выходи.
Не уверена, что Стас сейчас полностью в сознании. Он спит. Спит и говорит. Ему нужно набраться сил, а он последние крошки тратит на меня. Может, почувствовал любимый запах яблока? Я им вся пропиталась.
— Выйду. Конечно, выйду, — шепчу, еще раз целую и так же беззвучно на носочках ухожу из палаты.
Эпилог
Год спустя
Стас пинком открывает входную дверь и переносит меня через порог нашего дома. Я пищу от восторга и крепче обнимаю его за шею.
Чувствую себя героиней романтического фильма. У нас всё так красиво, что моментами даже не верится в реальность происходящего.
Сердце просто заходится от счастья. Я себе сегодня позволила несколько бокалов шампанского и теперь его золотистые пузырьки приятно кружат мне голову.
— Ну всё, можешь меня отпустить, — смеюсь.
— Размечталась, — фыркает Стас и направляется в сторону лестницы.
— Не хочу, чтобы ты перенапрягался.
Уже прошел год, а я всё равно беспокоюсь, что Стас недостаточно оправился после травмы и комы. Слишком его люблю и, наверное, слишком оберегаю, но по-другому уже не могу. Да и не хочу, если честно.
Стас лишь улыбается мне. Нагло так и многообещающе.
Когда мы наконец-то оказываемся в спальне, я первым делом сбрасываю каблуки. Весь день сегодня проходила в них и последующие жизни две больше не обую ничего подобного. Хватит с меня.
Как только касаюсь босыми ступнями прохладного пола от облегчение стону и тут же ощущаю на своих губах губы Стаса. Мы и целуемся, и смеемся. Как школьники. Честное слово!
Не отрываясь друг от друга, мы вот так заходим в ванную. Нужно хотя бы принять элементарный душ. День был хоть и самым счастливым, но очень долгим.
— Какое же охуенное платье, — шепчет в губы Стас и одним легким движением раздевает меня.
— Потому что возиться с ним не надо? — смеюсь.
— И поэтому тоже.
Я помогаю Стасу избавиться от пиджака и рубашки. Его тело снова стало крепким и здоровым, но я неосознанно сканирую его внимательным взглядом, боясь обнаружить следы давно пережитых страшных событий. Знаю, что от них остались только парочка новых шрамов на спине и затылке, но всё равно не хочу продолжать эту жуткую традицию.
— Всё хорошо, Алмаз, — мурлычет Стас и трется кончиком носа о мою щеку.
Он знает о моем страхе, с которым я всё еще борюсь. Знает, что однажды я едва его не потеряла и страшно оказаться в такой ситуации снова.
— Я здесь. Я рядом. И никуда от тебя не денусь.
— Только попробуй, — с напускной строгостью угрожаю. — Только попробуй куда-то от меня деться.
— И что ты тогда сделаешь? — его игривую улыбку хочется целовать-целовать-целовать.
— Я?
— Да. Что ты сделаешь, Яра? — Стас скользит ладонью к моему нижнему белью и касается пальцами влажных складок.
Сознание вмиг начинает плавиться. Ответ замирает на кончике языка.
— Я жду, — напоминает Стас и неторопливо, почти лениво ласкает меня. — Что ты сделаешь?
— Найду и привяжу к кровати, — отвечаю первое, что генерирует мой мозг.
Стас тихо смеется и стягивает с меня нижнее белье. Желание жалит своей тяжестью.
Мы по очереди забираемся в просторную душевую. Я регулирую воду, не делая ее слишком горячей, потому что нам и без того… горячо. Очень.
Подставляю лицо теплым струям. Немножко радуюсь тому, что отказалась от «тяжелого» макияжа и слишком сложной, залитой тоннами лака прически. В день нашей свадьбы хотелось максимальной естественности. Возможно, не все оценили такую мою причуду, но… у нас уже была одна свадьба. Фейковая и в чем-то даже кукольная. А эта… она же настоящая. И наши чувства тоже настоящие.
Стас встает позади меня и обнимает за талию. Откидываю голову ему на плечо и просто ловлю кайф от момента. Он принимается целовать
