Свинцовые ливни. Том 1 - Мила Бачурова
Замком для мотоцикла — стальным тросом в оплётке — Виктор озаботился заранее. В Грине такие давно не водились, угоны там закончились сразу после того, как на последнего жителя округа надели браслет. А в Милке, по воспоминаниям Виктора, замки использовались активно. Сейчас его смутило то, что ни один из мотоциклов, стоящих у бара, не был пристёгнут.
Что это значит, интересно? Мотоциклы — такая рухлядь, что даром никому не нужны? Или же, наоборот — здесь собираются настолько крутые парни, что гопота помельче обходит «Клиффхангер» по дальней дуге?
Присмотревшись к байкам, Виктор решил, что склоняется ко второму варианту. В голове мелькнуло, что приезжать сюда было, возможно, не лучшей идеей... Но отступать уже некуда. Он слез с мотоцикла и пристегнул его к стойке.
В баре было полутемно. Массивные столы и лавки — пластиковая имитация грубо сколоченных досок, барная стойка, расписанная граффити, над стойкой — часы в виде мотоциклетного колеса. По стенам для антуража развешаны старые шлемы, куртки, банданны, хромированные детали от мотоциклов.
В дальнем углу из стены торчал изогнутый руль, а на нём было закреплено чучело большого попугая, спрятавшего голову под крыло. Красивого — ярко-красного, с синими, зелёными и желтыми перьями в длинном хвосте. Вот уж чего Виктор никак не ожидал тут встретить... Но разглядывать попугая было некогда. Он высматривал поблизости предмет вполне определённый, и глаз зацепился за блестящую выхлопную трубу. Не бог весть какое оружие, но другого в прямой видимости не наблюдалось. Так что, за неимением лучшего, сойдёт и это.
Виктор вспомнил Лючию и то, как она старалась изничтожить в нём вколоченный ещё в детстве навык чуять неприятности. Невесело усмехнулся. За барную стойку сел так, чтобы оказаться поближе к висящей на стене трубе.
Попросил:
— Пива.
Виктор не оглядывался, но знал, что за ним наблюдают. Компания из трёх парней смотрела на чужака, не скрывая интереса.
Народу в баре было немного, возле стойки — пусто. Виктор специально приехал пораньше: надеялся застать завсегдатаев до того, как начнет набиваться народ. И, судя по всему, застал. Помимо откровенно пялящейся на него троицы, он насчитал ещё четверых парней, возле которых увивались две девчонки, и одного в дальнем углу — том, где на руле сидело чучело попугая. Четверо с девчонками на Виктора внимания не обратили. Парень в углу спал, уронив голову на руки. А вот троица пялилась в открытую.
Наливать Виктору пиво бармен не спешил. Он ему даже не ответил. Неторопливо протирал массивную кружку, а смотрел вместо Виктора на одного из троих.
Виктор тоже молчал, ожидая дальнейшего развития событий. Драк он в своё время повидал немало, и все они начинались примерно одинаково. Чужака изучали. Если что-то не нравилось, били. Тут, в общем-то, совершенно не играло роли, что именно чужак попробует сказать или сделать. Собрались бить — значит, будут. Предотвратить это так же нереально, как невозможно остановить приближающуюся грозу.
Наконец бармен получил, видимо, сигнал. Отставил в сторону протираемую кружку, взял с полки позади себя стакан и принялся цедить пиво в него.
Виктор мысленно усмехнулся. Всё предельно ясно: к чужаку присмотрелись и решили пока не трогать. Хотя и оружия в виде массивной кружки не выдали. От тонкостенного стакана в драке толку немного, а вот кружкой наподобие той, что протирал бармен, при желании можно и череп проломить... Что ж, это неплохо. Значит, выглядит он как минимум уверенно.
Виктор приложился к стакану.
— Чьих будешь, брат?
Один из троицы подсел за стойку раньше, чем Виктор выпил половину стакана. Не главный парень — главного, здоровенного бугая, Виктор определил сразу, — а из тех, что обычно на подхвате.
Юркий, с быстрыми движениями и бегающими глазами. Молодой, едва ли ровесник Виктора. Голова парня была обвязана банданной. А на футболке, под распахнутой кожаной курткой, парила светящаяся в полутьме бара хищная птица.
— Не местный, — отозвался Виктор. — С Юго-Восточного.
Юркий присвистнул:
— Далековато занесло.
Виктор пожал плечами. Трактовать это можно было и как «да», и как «не твоё дело».
— А в Юго-Восточном с кем катаешь?
— Гоблины. — Именно так утверждала легенда, выданная Виктору аналитическим отделом.
— Ну? — почему-то удивился юркий. — Это они тебя научили на мот хомут вешать?
Нда. Видимо, решение нацепить замок было неправильным.
— Дома не вешаю, — огрызнулся Виктор. — А здесь впервые, порядков не знаю.
— Дак, тем более, уважать хозяев надо, — попенял юркий. — Ты на наших мотах хомуты видал?
— Не присматривался.
— Ишь ты. — Юркий нехорошо сощурился. — Не присматривался, значит? Сразу решил, что тут ворьё, уведут твою помойку? — И вдруг резко приказал: — А ну, бегом — снял хомут.
Вот оно что. Мотоцикл Виктора, видимо, посчитали лёгкой добычей. До Юго-Восточного — ой, как далеко. Вряд ли кто-то потащится в такую даль разбираться — при условии, что Виктора отсюда вообще выпустят живым. Что ж, чего-то в этом духе и следовало ожидать.
— Уже помчался, ага, — небрежно бросил Виктор.
И поднёс стакан ко рту. Подумав, что сам бы выбрал именно этот момент, чтобы ударить — снизу, по дну, так, чтобы стакан воткнулся краем ему в челюсть. Юркий проделал именно это.
Точнее, попытался проделать — Виктор перехватил его руку.
Рванул на себя, сдёргивая парня с высокого табурета и заставляя согнуться. Одновременно с этим соскользнул с табурета сам, двинул юркого коленом по роже, добавил ногой в живот. Юркий с воплем согнулся пополам, а Виктор отскочил к стене, прижавшись к ней спиной. Так, чтобы легко дотянуться до хромированной трубы.
— Па-адла! — взревели со стороны сидящей за столом троицы. — Тебя ж по-хорошему попросили!
Главный бугай выпрямился, поднимаясь из-за стола. Виктор почувствовал, как по спине пробежал холодок. Габариты парня он недооценил.
Главарь неторопливо надевал на здоровенную ручищу кастет. Третий парень пока не двигался с места, но в том, что вмешается в драку — понятно, на чьей стороне, — Виктор не сомневался. Его мотоцикл троице приглянулся. И отказываться от того, что, похоже, уже считали законной добычей, никто не собирался.
Шансов выстоять одному против троих — примерно ноль. Вот уж влип, так влип... И что теперь делать?
Снять замок с мотоцикла? В этом случае его изобьют не сейчас, а после того, как снимет, вот и вся разница. Милк не прощает слабости... Виктор сорвал со стены трубу.
И едва не взвыл от досады
