Невеста криминала - Маша Драч
Между ног яростно и болезненно пульсирует. У меня начинает страшно ныть внизу живота. Я невольно трусь животом об твердый живот Стаса. Чувствую его реакцию на меня. Он крупный.
Разрываю наш поцелуй, снова заглядываю в дымные глаза и поглаживаю большим пальцами скулы Стаса. Кажется, ему нравится моя такая простая ласка.
— Видишь, что ты со мной делаешь? — спрашивает хрипловатым голосом и плотней прижимает к себе, чтобы я как можно лучше ощутила его твердый член. — Только тебя хочу, Алмаз, п-прикинь? Знаешь, сколько раз я п-представлял тебя, пока ебал другую?
Нет. Это всё тот же Стас. Нет никакой премиум-версии.
Отрицательно качаю головой.
— В б-башке моей застряла и выходить не хочешь.
— Ты всегда можешь меня прогнать.
— Один раз п-попробовал.
— И как?
— Нихуя не помогло, — он снова тянется поцеловать меня.
Вода стынет, поэтому мы кое-как выбираемся из ванны.
Меня до сих пор потряхивает. Коленки подгибаются. Внизу живота ноет.
Стас усаживает меня на столешницу и нагло устраивается между бедрами. Сейчас его волнистые волосы кажутся из-за влаги совсем кудрявыми. Глаза блестят, губы красные-красные. Ниже глянуть пока не рискую.
Он гладит мои бедра, талию, спину, снова бедра.
— Такая тонкая. Охуенная. От волос твоих дурею, — шепчет словно в бреду. — Ты меня тогда в доме защитить хотела. Забыть не могу. Смотришь на меня так, что внутри всё нахуй сжимается. Зачем ты такая п-появилась? М?
— Я… Я не знаю.
Мой язык еле ворочается. Слова Стаса обезоруживают.
Он прижимается ко мне плотней. Я чувствую, как его член упирается в меня. Обнимаю за шею и тихо-тихо признаюсь:
— У меня никого не было. Вообще.
Руки Стаса замирают на моей талии. Он не просит никаких уточнений. Понимает, что я имею в виду.
Шумный выдох через стиснутые зубы. Стас прижимается лбом к моему лбу.
— Неожиданно, да? — нервно усмехаюсь. — Очередная проблемка со мной.
— Нет.
Стас подхватывает меня под ягодицы и уносит прочь из ванной. Я крепко-крепко держусь за него. Окончательно наглею и целую его. Сегодня можно всё, правда? Вот я и беру всё по максимуму.
Стас опускает меня на постель. Сам куда-то на несколько секунд пропадет.
Есть последний шанс всё остановить, но я им не пользуюсь.
Когда Стас возвращается, он ложится рядом. Я поворачиваюсь к нему лицом и забрасываю ногу ему на талию. Сейчас приподнимусь и окажусь сверху, как тогда в заброшенном домике. Но Стас предугадывает мое желание и в следующую секунду сам оказывается сверху.
Медлит. Словно нарочно. Испытывает на прочность. Меня? Себя? Нас?
— Сегодня я твоя, — шепчу, приподнявшись, чтобы коснуться губами его ушной раковины.
Кажется, это срывает Стасу последние предохранители и доламывает их, когда он касается меня между ног.
Я вся влажная и горячая. Для него.
Он ласкает меня. Терзает мои губы. Сдавливает в своих объятиях. Мучает мои затвердевшие соски: облизывает, оттягивает и перекатывает между пальцами.
Я лишь выгибаюсь и тихо постанываю. Перевожу дыхание, пока Стас раскатывает латекс презерватива. И замираю, когда он пытается проникнуть в меня.
Знаю, что первый раз для девушки редко, когда бывает сносным. Но… наверное, мне везет, потому что боль оказывается вполне себе терпимой. Новизна ощущений обескураживает. Мне инстинктивно хочется свести ноги.
— Нет. Просто попытайся расслабиться, — подсказывает мне Стас.
Я вижу капельки пота на его висках, вижу волнение в его взгляде. Сейчас он мне кажется настоящим. Таким, каким я его не знала и никогда толком не видела. Кто бы мог подумать, что он может быть таким. Или это только Стас, а Дым в нем отвечает за темную сторону?
Сильней поджимаю губы, когда он проникает глубже. Боль становится более ощутимой, но Стас затыкает ее поцелуями и ласками. Заполняет собой. Опирается на локти. Трется кончиком носа о мой, словно заплутавший уличный пес, который хочет получить немного ласки.
Он двигается во мне. Ловит каждую мою эмоцию. Трогает-трогает-трогает. Я зарываюсь пальцами в его еще влажные на затылке волосы. Неумело, но стараюсь двигаться вместе с ним. В момент, когда боль становится особенно сильной, я выстанываю ее в рот Стаса. Он тяжело дышит, вжимает меня в себя и еле сдерживается, чтобы не растерзать меня под собой. Я чувствую, что он не рискует войти в меня полностью. Жалеет.
Кожа к коже. Глаза в глаза. Это не просто интимно, а это что-то такое за гранью и только для двоих.
Когда всё заканчивается мы еще какое-то время совсем не двигаемся. Я крепко обнимаю Стаса, вожу пальцами по его лопаткам и периодически целую в соленый висок, где у него бешено бьется жилка. Хочу запомнить этот момент во всех деталях, чтобы в будущем иметь возможность воспроизводить его в своей памяти.
— Ты как? — спрашивает и опираясь на один локоть, заглядывает мне в глаза.
— Прекрасно.
Он убирает с моей щеки прядь волос, пропускает ее сквозь свои пальцы.
— Научишь плести косу?
Разнеженная и разорванная новыми ощущениями в клочья я всё еще способна удивляться.
— Зачем тебе это?
— Хочу заплести твои волосы в косу.
— Научу.
После того как я привожу себя в порядок и возвращаюсь в спальню, кровать уже застелена свежими простынями. Крови было предостаточно. Я знаю, но боли почти нет.
Я укладываюсь на подушку. Стас вскоре ложится рядом.
Мы еще некоторое время просто смотрим друг на друга, будто не верим, что это действительно случилось между нами.
— Спасибо за то, что стал моим первым, — сонно благодарю и даже не собираюсь стесняться того, как глупо и по романтичному звучат мои слова.
Стас придвигается ближе и просто обнимает меня.
Этот момент я с особой тщательностью выцарапываю в своей памяти.
Глава XXXVI
Дым
Разлепляю веки и тут же жмурюсь от яркого солнца Барселоны.
Рука опускается на соседнюю подушку, но не ловит ничего, кроме пустоты.
Смаргиваю один-второй раз и переворачиваюсь на бок. Так и есть. В кровати я один. Вторая ее половина прилежно застелена, а на подушке нет ни единой складки или вмятины. Так посмотришь и никогда не подумаешь, что здесь ночью был секс.
Самый охеренный за последние несколько лет. В моей жизни уж точно. В нем было дохуя эмоций, а не просто автоматических движений, чтобы поскорей слить сперму.
Я давно уже не зеленый пацан, у которого мозг плывет только от одного взгляда на обнаженную женскую грудь. Но с Ярой я конкретно поплыл. У меня была Юлька (перед отъездом сюда я с ней порвал)
