Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс
Я могла убежать, но мне почему-то не было страшно. Внезапно разозлившись, я кинулась к выключателю. Злость так и не выплеснулась наружу, когда зажегся свет и оказалось, что я пялюсь на чемодан Лулу, стопку сдутых матрасов, сложенный шезлонг с подлокотниками и забытые кем-то очки для плавания.
Глава тринадцатая
Прикасаться к вещам Лулу больше не хотелось, но я не могла идти на обед в шортах, а длинное «зеркальное» платье было грязным. Осторожно раскрыв молнию на ее сумке, я достала лежавшее сверху платье в цветочек. Я старалась не думать о том, как она его покупала, а потом носила. Я пыталась абстрагироваться от мыслей о ней, убедить себя в том, что эти вещи были приготовлены здесь к моему приезду. Что их купили для меня, как в детстве, когда меня неожиданно передавали в другую семью и я вдруг оказывалась в дешевом магазине с какой-то незнакомой женщиной, швыряющей пижамы в тележку для покупок.
Когда я вошла в дом, на кухне никого не было. Но откуда-то доносились крики и смех, скрип половиц под ногами, иногда что-то с глухим стуком падало.
– Фил! – в какой-то момент закричала Ребекка. – Ты где? Ради бога, принеси мне попить!
В рецепте, который я нашла, говорилось, что на обработку тунца уйдет двадцать минут, а пожарится он за несколько секунд. Мне же потребовалось намного больше времени – на практике все оказалось не так-то просто: приходилось много всего нарезать – имбирь, зеленый лук, перец чили, – а потом лихорадочно обжаривать. Когда я наконец «опалила» все кусочки тунца и кое-как сложила их на тарелку, я взяла корзинку и пошла искать грядку с овощами. Перед домом, помимо большой «Ауди», теперь стоял сверкающий «Ситроен» средних размеров. Я заметила, что въездные ворота слегка приоткрыты, и, протиснувшись между машинами и смоковницей, увидела шевеление на дороге. Я замерла и вся превратилась в слух. До меня донеслось негромкое бормотание: разговаривали – вернее, шептались – два человека. Один из них сделал шаг, и сквозь зелень я смогла разглядеть разные цвета – промелькнули розовый и темно-синий, на мгновение вспыхнул цвет морской волны. Я подождала, но больше ничего не услышала.
Проем в стене за смоковницей вел в маленький закуток, окруженный стенами, – похоже, это и был огород. Там было приятно, тепло и спокойно. Создавалось впечатление, что ты отрезан от остальной придомовой территории. Жужжали пчелы, в лучах солнца кружили насекомые. В углу находилась маленькая теплица с разбитыми стеклами, у стены стоял сложенный шезлонг. Я обнаружила несколько грядок – одна явно заброшенная, заросшая спутанными сорняками, на другой же кто-то посадил малину и кустики помидоров, которые давно не держались на своих подпорках, а из третьей мне удалось выдернуть два пучка вялых салатных листьев. Сорвав несколько помидоров и набрав горсть малины, я направилась обратно к дому, по пути отметив про себя, что въездные ворота закрыты.
На кухне сидела миниатюрная блондинка в платье цвета морской волны и ковыряла пальцами тунца.
– Ой, – сказала она, – меня застукали на месте преступления. – Она развела руками и проскользнула к раковине, чтобы их вымыть. – Так, значит, ты и есть Лулу? – спросила она через плечо.
– Да. – Я поставила корзинку на прилавок. Девушка была симпатичная, лет на десять, или около того, младше Ребекки, но у нее были такие же пронзительно-синие глаза и такой же вздернутый нос. – А ты, должно быть, Клер.
– Да, капризная младшая сестра. – Она вытерла руки кухонным полотенцем. – Хотя, по-моему, из нас двоих именно меня можно назвать разумным человеком. Бекс считает меня взбалмошной, потому что я иногда знакомлюсь с мужчинами в «Тиндере». – Она закатила глаза, изображая раздражение, хотя могла бы вообще об этом не рассказывать.
Я дружелюбно рассмеялась:
– Не пробовали знакомиться на «Бамбл»? Я слышала, там хорошо.
Она повесила полотенце на ручку плиты и прислонилась к ней.
– Вообще-то, я на «Бамбл» тоже есть. А ты?
– Да все собираюсь. – Я наморщила нос. – Там лучше? Боже, я ведь даже не ищу ничего серьезного.
Она скрестила руки на груди, явно расслабившись.
– А мы, оказывается, родственные души.
Потом она спросила, где я живу.
– Фил говорит, где-то рядом со мной. Где именно?
– Стэнли-Террас, 11а, – без промедления ответила я: багажная бирка Лулу мгновенно всплыла перед глазами.
– Так это ближе к Холланд-Парк-авеню или в другой стороне? – Наклон ее головы свидетельствовал о том, что ей важно услышать ответ.
– Возле Холланд-Парк-авеню, – ответила я.
– О, супер.
Отлепившись от плиты, она сказала:
– Итак, мне поручили приготовить аперитив. У нас есть что-нибудь крепче вина? Я могла бы смешать коктейль.
Я ответила, что, по-моему, у нас нет ничего, кроме розового вина, но если она составит список, завтра я куплю все необходимое. Высунув голову из холодильника, она послала мне воздушный поцелуй.
– Ты ангел.
– Надеюсь, ты подумаешь насчет мохито, – сказала я. – Я люблю мохито.
Она была уже у двери, сжимая в руках бутылку и два бокала, но одобрительно хмыкнула при этих словах.
– Я тебя услышала, подруга, – сказала она, изображая американского тинейджера. – Я тебя услышала.
Тунец готов. Сальса есть. Салат в миске. Оливковое масло, несколько капель лимонного сока. Я складывала хлеб в корзинку, когда в кухню вошла Марта. Черная подводка вокруг глаз, безрукавка с высоким воротом, тяжелый золотой крест на шее, многослойная юбка из сетчатой ткани и множество массивных колец, в том числе кольцо в форме черепа на большом пальце.
– Привет, – сказала я. – Как ты себя чувствуешь?
– Все хорошо, – вежливо ответила она.
– Присядь. Составь мне компанию. Меня пугают все эти новые люди.
Она помялась немного, потирая череп на большом пальце, но потом все-таки села. Я чувствовала, что она за мной наблюдает, поэтому решила пока помолчать.
– Так ты можешь прикасаться к хлебу? Значит, он не просочится в твои поры и не убьет тебя?
– Проблемы возникают, только если я его ем. Трогать можно.
– Это хорошо. Для твоей работы.
Я подняла на нее глаза:
– Угу.
– Тебе нравится быть поваром?
– Да.
– Ты всегда хотела этим заниматься?
– Нет. Я хотела быть актрисой. И по-прежнему хочу. Просто жизнь не всегда соответствует твоим ожиданиям. Бывает, идешь-идешь по какой-то дорожке, а тут… ну, не знаю… камнепад. Потом перед тобой открывается другая дорога, и в итоге все получается даже лучше.
Теперь она разглядывала стол, водя пальцем по узору на деревянной столешнице.
Я вытряхивала в миску закуски из пакета.
– А ты чем хочешь заниматься? Есть какие-то
