Девочка Красная Тапочка - Дарья Донцова

Виктория покачала головой.

– Актриса недолго прожила после того, как дарственную подписала. Родных у нее не было. Все драгоценности, картины отошли Яковлевой. Иосиф подозревал, что Галина даму отравила, но той было за девяносто, поэтому никто ничего плохого не подумал. И продолжила девочка Красная Тапочка у Йоси работать. Вот какой ей крепкий организм достался. Понятия не имею, что с ней стало после смерти Йоси. На момент кончины моего мужа баба после очередной беременности отдыхала. На его похороны она не пришла. Думаю, превратилась бабенка в дорогую шлюху. Может, и сейчас еще из кровати в кровать скачет.

– Навряд ли, – усомнилась я, – возраст уже не тот.

– У таких, как Галина, возраст всегда тот! – засмеялась вдова, – и мужики всегда для них находятся. Талант у подобных особ по передней части.

– Странно, что со своими выдающимися способностями госпожа Яковлева не обзавелась обеспеченным супругом, – заметила я.

– Деточка, – улыбнулась бабушка, – ты совсем молоденькая, красивая, запомни мои слова…

Я заулыбалась. Приятно, когда тебя принимают за юную девушку. Даже если видишь, что собеседнице очень много лет, а очки она не носит, все равно радостно слышать о своей молодости и красоте.

– В юные годы, – продолжала Виктория, – можно погулять, глупостей натворить. Главное, вовремя остановиться и потом не устраивать марафон по чужим постелям. Прозвенело двадцать два года? Стоп. Следующие двенадцать месяцев потрать на создание себя новой. Подруг старых убери, работу смени, местожительство тоже. Это в том случае, если как Галина куролесила и через табун мужиков прошла. Если же только лучшие приятельницы о тебе всякое-разное знают, избавься от них. Подруги – враги. Пока у вас все хорошо, и они хорошие. Едва повздорите, всю грязь про тебя приятельницы на площадь вывалят. После двадцати трех лет не заводи любовников. В театр, кино, рестораны с мужиками ходи, из подарков только цветы принимай. Потащит кавалер в кровать? Говори: «Нет, я до свадьбы с тобой не лягу!» Операция есть: восстановление девственности, дядя Петя ее многим делал, вот и ты ею воспользуйся. Получи профессию. Все равно какую, стань востребованным специалистом. Не жди денег от мужиков. Один писатель хороший совет дал: «Никогда и ничего не просите! Никогда ничего, в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут»[8]. Если мужчина поймет, что женщина от его кошелька зависит, он превратится в ее хозяина, перестанет бояться, что она уйдет от него, начнет ее унижать. Независимую даму могут перестать любить, но уважать не перестанут. Поняла? И еще запомни: есть девушки, которые всем парням нравятся, с ними все спят, но на таких никогда не женятся. А есть девушки, которые немного покуролесили, вовремя притормозили, никто о их похождениях не в курсе, они без пятен. Вот их под венец ведут и потом всю жизнь с ними живут. Галина из тех, кто остановиться не сумел. А ты будь умнее.

– Спасибо, – сказала я. – Ольгу Макееву вы, случайно, не помните?

– Олечку? – обрадовалась собеседница. – Милая девочка из детдома, с Йосей познакомилась, когда третий аборт сделала. Он мне рассказал: «Пришла такая, с щенячьей пухлостью в щеках, похожа на свежую булочку и заявила: «Могу детей рожать от кого угодно и сколько угодно. Квартира нужна. И деньги!» Глупышка. Жалко ее стало, повезло ей с рождения. Не хочу Олечку «контейнером» делать. Нам нужна помощница. Давай возьмем Олю? Сделаю ей прописку в квартире, которую для встреч «контейнера» с заказчиком используем».

– Вы тоже были там прописаны? – задала я вопрос, прекрасно зная правду.

Виктория вновь нашла повод похвалить покойного супруга:

– Йося был умнейшим человеком. Мы имели регистрацию в коммуналке, но жили в прекрасной кооперативной квартире, которая принадлежала ранее Петру Рудольфовичу, – хитро улыбнулась Виктория, – у него и у Йосеньки повсюду были свои люди. Имелся у нас нотариус, адвокат, начальник отделения милиции. Не хотел мой супруг, чтобы кто-то чужой узнал, что у нас и хоромы в центре, и много чего еще есть. Потом, когда власть в России изменилась, апартаменты на меня переписали. Что касаемо Макеевой, то Иосиф просто пожалел дурочку, сказал: «Она у нас домработницей послужит. Я потом с жильем сироте помогу». Понимаете, какой у меня муж был, да? Все сделал, как обещал, Оля получила свои квадратные метры, очень милая девочка. Мы до сих пор на связи, она часто мне звонит и приезжает в гости.

Я сделала вид, что наслаждаюсь чаем. Да уж, Олечка просто зайчик беленький, хвостик пушистый. Но она благодарная, до сих пор хранит верность людям, которые помогли ей исполнить мечту: организовали квартиру. Мне она наврала про многодетных соседей, про то, что Иосиф и Виктория стали фермерами и давно умерли. Чтобы картина не показалась мне пасторальной, добавила немного серой краски, сообщила, что Ганзуэманы заняли все жилье. Полагаю, Ольга сильно нервничала, разговаривая со мной, вот давление и сделало резкий скачок. Принимай она лекарства, которые прописал врач, до инсульта бы дело не дошло. А не случись с Ольгой удар, то после беседы со мной Макеева скорей всего могла позвонить Виктории Сергеевне.

– Чем старше делаешься, тем меньше людей вокруг тебя, – заметила Виктория, – я не сетую, не жалуюсь, живу счастливо. Душенька, правда, я могу взять домой вкусненькое?

– Конечно, – улыбнулась я и посмотрела на телефон.

Четыре сообщения от Костина! Что-то случилось?

Выйдя из ресторана, я немедленно соединилась с Володей.

– Ты где? – спросил он.

– Только что завершила разговор со вдовой Йосифа, – отчиталась я, – теперь мне понятно, почему Оксана Чернова и незнакомая блондинка похожи друг на друга. Они из тройняшек! Лена тоже их сестра.

– Интересный зигзаг, но и у меня не менее занимательная информация, – ответил Володя, выслушав мой рассказ, – я поговорил с врачом, которого Макс нашел для Елены. Доктор усомнился в ее диагнозе, сказал, что никогда не слышал о гениальном специалисте Игоре Михайловиче Галкине. Вениамин Олегович Волков – профессор, завкафедрой, завотделением, он много лет занимается теми, кто болен БАС, и до сих пор ни разу не встречал человека с ураганной формой. Наоборот, этот склероз развивается медленно. По мнению Волкова, то, что происходит с Леной, какая-то другая проблема. Но ставить диагноз на расстоянии, не видя женщину, он не может. Ему надо лично осмотреть Яковлеву, изучить результаты ее обследования. Как нам это устроить?

– Лена думает, что умирает, сейчас позвоню ей, объясню, что возможна ошибка, – обрадовалась я, – надеюсь, она ответит.

– Поинтересуйся, согласится ли она поговорить с Вениамином Олеговичем? – попросил Костин. – Привезу его во двор клиники, Лена выйдет якобы погулять…

– Яковлева ходить не может, – объяснила я, – падает, голова кружится.

Глава двадцать шестая

На следующий день в полдень мы сидели в кабинете Костина.

– Спасибо, что приехали, – поблагодарил Володя профессора