Зарубежный детектив-2. 2026 - Алисия Хименес Бартлетт
— По-моему, нет, детектив.
— Сюда в последнее время приходили какие-нибудь рабочие? Электрик? Водопроводчик?
«Черт-черт-черт-черт…»
— В июле морили тараканов.
Наблюдатель вскакивает, когда снова слышит голос женщины:
— А с кроватью что?
«Что ты такое делаешь с этой гребаной кроватью?»
— Ну, Ребекка, видите, как простыня подоткнута между матрацем и пружинами вот здесь в углу?
— Колин никогда не заправлял постель.
— Верно. Возможно, это пустяки, но смотрите, что получается, если простыню вытащить. Она висит свободно, видите? А если матрац приподнять, то угол простыни оказывается под ним. И если потом матрац опустить, простыня так там и останется.
— И что? — не понимает женщина.
Этот коп слишком умен. И похоже, все выходит из-под контроля, потому что перед домом останавливается фургон химчистки. Наблюдатель взволнованно смотрит на пластиковый пакет на плече курьера — внутри, судя по форме, спортивная куртка. Через наушник он слышит, как звонит дверной звонок.
«Закон Мерфи в действии?»
Женщина забирает у курьера куртку.
И разумеется, белобрысый коп спрашивает (тут даже полный идиот спросил бы):
— Это одежда Колина?
И разумеется, мисс Сотрудничество отвечает:
— Нет, я не против, чтобы вы проверили карманы. — И дальше: — Эй, да здесь внутри листок бумаги! Список!
Наблюдатель вытаскивает сотовый телефон. Пальцы дрожат.
— Ханна. Мэри Энн, — читает Воорт. — Это подружки Колина?
— Это не женщины. Это затонувшие корабли.
Наблюдатель набирает на мобильнике номер Леона Бока.
— Ох, — вздыхает женщина, — Колин искал свой дурацкий клад.
— Клад? — повторяет коп.
— Бок, — отзывается голос с неуловимым акцентом.
— Вы-то знаете. «Гусар», — говорит копу сестра.
— Нет, не знаю, — отвечает коп.
— Перезвоню позже. Я должен слушать, — шипит разъяренный наблюдатель.
— О, Колин столько болтал об этом корабле, что мне казалось, о нем знают все, — раздается в наушнике голос Ребекки Минс. — «Гусар», британский корабль, который затонул в Нью-Йорке двести лет назад. По словам Колина, на нем везли драгоценные камни или серебро. Я перестала обращать внимание на эту чепуху лет двадцать назад. Колин помешан на кладах. Капитан Кидд. Капитан Блэк… Пожалуйста, детектив, поймите. Мой брат мог смотреть «Остров сокровищ» двадцать раз подряд, и ему не надоедало. Он любил морские истории, любил читать о пиратах. Таксист, живущий в мире фантазий. Я любила его, но это был большой ребенок.
— Все равно, расскажите мне еще о «Гусаре», — просит Воорт.
В наушнике слышно, как сестра вздыхает.
— Зачем? Это все полная чушь, — говорит женщина. — Клад в Нью-Йорке? Я говорила ему: «Ну хватит уже. Ну подумай, если клад и был, его ведь нашли бы еще сто лет назад!» Колин все время ездит на Манхэттен, в ту специальную библиотеку. Или останавливает дождливой ночью машину и высматривает места, где, как ему кажется, «Гусар» затонул. О Боже! Вот что произошло. Уверена, он подошел слишком близко к краю и свалился. Или там его ограбили. В Хантс-Пойнт или в Астории.
Наблюдатель стонет.
Женщина говорит Воорту:
— Пару раз Колин даже пытался собрать деньги, чтобы найти корабль. Писал Дональду Трампу, Теду Тернеру. Разумеется, они так и не ответили. Он писал настоящим охотникам за кладами, вроде Мела Фишера из Ки-Уэст, — предлагал свои услуги. Но Колин даже плавать не умел. Такими вещами занимаются настоящие ныряльщики, а не таксисты. Поэтому для Колина это стало навязчивой идеей. Решил, что если не найдет этот корабль, то вообще ничего никогда не найдет. Ему пришлось бы признать, что он — просто толстяк, так и не закончивший школу. Я его люблю, но таким он и был.
— А где эта специальная библиотека на Манхэттене? — спрашивает Воорт.
Женщина начинает говорить быстрее, словно спорит с братом или пытается отгородиться от настоящего, погрузившись в прошлое.
— Я всегда говорила: «Колин, пролив Ист-Ривер узкий. Вряд ли корабль шел к океану. Каждый день через Адские Врата проходят корабли с гидролокаторами. Буксиры. Яхты. За несколько веков течение уже вынесло бы все ценное на берег. Полиция постоянно посылает ныряльщиков». Я уговаривала его пойти в вечернюю школу, юридическую школу, любую школу. Но Колин говорил: «Нет, „Гусар“ там. Я соберу деньги. Найду его. Мы разбогатеем. Увидишь».
— Похоже, он очень увлекся, — замечает Воорт.
«Как и ты», — думает наблюдатель, уже совершенно мокрый от пота.
Голос женщины становится тише, слышны всхлипывания. Она громко плачет. До нее наконец дошло. Когда наблюдатель вновь набирает номер Бока, она говорит Воорту:
— Таксист и шляпница. Что за парочка. Родители гордились бы нами.
— Мне нравятся ваши шляпы, — лжет коп.
Телефон Бока начинает звонить.
— Соломенные шляпы, — говорит женщина с досадой. — Мы с Колином остановились в развитии лет в двенадцать. Он смотрел «Остров сокровищ» и не мог выбросить из головы сундук с золотом. А я? Бог знает, откуда взялась идея с этими шляпами. Я не могу перестать их делать. Продаю через оптовика в Чайнатауне.
— Снова ты, — раздается голос Бока.
— У моего деда была такая шляпа, — говорит Воорт.
— Он знает, что кто-то обыскал квартиру, — шепчет наблюдатель, боясь Бока, а не копа.
— Мистер Воорт, люди покупают мои шляпы на Четвертое июля. Их надевают в канун Нового года. Потом, после полуночи, я вижу их на улицах. Люди ломают их после того, как используют. Они смешны. Дурацкие шляпы.
В наушники слышны звуки выдвигаемых и задвигаемых ящиков.
— У Колина была тут папка с материалами по «Гусару». Толстая папка. Где же она? — бормочет сестра.
— Я сожалею о вашем брате.
— Ты оставил отпечатки? — спрашивает бесстрастный голос Бока.
— В папке были рисунки и статьи, — продолжает сестра. — Он собирал материалы много лет. Там была карта, которую он нашел в библиотеке.
— Я был в перчатках, — убеждает Бока наблюдатель.
— В этом ящике ее тоже нет, — говорит сестра. — Ничего не понимаю.
— Не тревожьтесь, — успокаивает коп, словно знает, что папки и не будет, что кто-то ее взял. — Ребекка, кто-то должен опознать тело. Если хотите, я могу отвезти вас на Манхэттен и обратно.
— О Боже! Я не могу!
— Вероятно, детектив использовал магию, — спокойно предполагает Бок.
— Я просто не могу, — объясняет сестра. — Мне пришлось опознавать родителей, когда они умерли. Можно, я попрошу пойти друга? Не могу увидеть Колина вот так.
— Вероятно, детектив рассеял по квартире волшебную пыль, — говорит Бок.
— Ты велел мне торопиться. Я торопился, — защищается наблюдатель.
— Тут ты прав, — признает Бок после опасной паузы.
Снова мерзкий голос Воорта:
— Разумеется, друг может пойти. Вот номер моего телефона.
Входная дверь открылась. Коп и сестра стоят на ступенях. Издали Воорт мог бы сойти за политического агитатора или торговца вразнос. День становится все жарче. Бродяга потеет, но не от жары. Из контейнера
