Отсюда не выплыть - Лорет Энн Уайт
Убедившись, что вспышка выключена, Хлоя сделала несколько снимков сквозь щель в заборе. Фото, конечно, получатся зернистые, но они все равно сгодятся, чтобы сделать пару набросков или эскизов для будущей картины. Как ни восхищалась Хлоя женщиной-селки, ее супруг вызывал у нее какое-то тревожное чувство. Почему-то ей казалось, что она знает этого мужчину, видела его раньше, вот только где?.. Когда? Одно было ясно: он ей не нравится, но эта необъяснимая неприязнь лишь сильнее распаляла ее любопытство по отношению к хозяевам Холодного дома.
От любопытства кошка сдохла. Знаешь такую пословицу, Хлоя? Сколько раз я тебе говорила: слушайся своих инстинктов, а инстинкты говорят тебе, что этот человек воплощает собой Опасность. Опасность для тебя. Или ты хочешь быть дохлой кошкой?
Потянув за поводок, Хлоя заставила Броуди свернуть в переулок. Почти в то же самое мгновение какая-та машина свернула туда с улицы, яркие лучи фар метнулись к Хлое, и она, негромко ахнув, юркнула в тень большого куста, таща Броуди за собой. В спешке Хлоя налетела на мусорный бак, крышка которого со звоном грохнулась на тротуар. Не успел этот звук затихнуть, как она уже пригнулась и, схватив Броуди на руки, отступила под прикрытие густой живой изгороди, росшей вдоль подъездной дорожки особняка.
Она стояла там ни жива ни мертва от страха, а машина медленно двигалась прямо к ее убежищу, словно водитель разыскивал нужный адрес. Быть может, подумала Хлоя, стараясь справиться с сердцебиением, кто-то просто заблудился, заехал не туда. Когда автомобиль подъехал совсем близко, она рассмотрела, что это жемчужно-белый спортивный «Порше» одной из последних моделей. Такие дорогие машины в их районе встречались нечасто – до последнего времени.
«Порше» остановился перед поворотом на подъездную дорожку Холодного дома, и водитель погасил фары. Спустя пару секунд дверца машины чуть приоткрылась, и в свете включившейся под потолком салона лампочки Хлоя увидела какую-то женщину с гривой густых и блестящих темных волос. Почти сразу стало понятно, что женщина очень красива – таким, во всяком случае, было первое впечатление. Вот незнакомка слегка повернула голову, и Хлоя рассмотрела большие, широко поставленные глаза, тонкий нос с горбинкой и полные губы. Когда же та выбралась из салона, Хлоя увидела, что она одета в короткий меховой жакет и модельные туфли на шпильках.
Жарковато для мехового жакета. Модно, конечно, но глупо…
Хлоя стояла совершенно неподвижно, держа Броуди на руках. Она не вздрогнула, не пошевелилась, даже когда женщина с тупым стуком захлопнула дверцу. В руке женщина держала бутылку, горлышко которой было запечатано фольгой и проволокой.
Меховой жакет распахнулся, и Хлоя увидела, что под ним ничего нет.
С трудом сдерживая нарастающее волнение, Хлоя смотрела, как женщина шагает к задней двери Холодного дома. Прошло еще несколько секунд, и в окнах рядом с дверью вспыхнул свет, дверь распахнулась, и на пороге появился черный силуэт мужчины. Стоило ему увидеть гостью, как его рот широко открылся от изумления. Вытянув вперед руки, он сделал жест, который яснее ясного говорил: стой!
Женщина замерла в растерянности. Было видно, что она озадачена и ничего не понимает. Мужчина тем временем обернулся через плечо и громко сказал:
– Не волнуйся, дорогая. Наверное, это просто еноты опрокинули мусорный бак. Я проверю и все уберу. Не вставай, я быстро.
Он плотно закрыл за собой дверь и, сбежав с крыльца, поспешил навстречу женщине.
– Какого черта?! – прошипел он, останавливаясь перед ней.
Ее улыбка погасла.
– С кем ты разговаривал?
– Господи, Глория!.. – Мужчина запахнул на ней полы жакета. – Что ты здесь делаешь?
– Хотела устроить тебе на новоселье сюрприз, Эдам. – Она продемонстрировала ему бутылку шампанского. – Но, похоже, ты не один. Кто она?
– Просто… Слушай, иди-ка сюда, подальше от света.
Он потянул гостью за руки, но та не поддалась.
– В чем дело, Эдам?
– Я все объясню, – проговорил мужчина хриплым шепотом. – Только, ради бога, давай отойдем в сторону.
Оба сделали несколько шагов по направлению к живой изгороди и оказались совсем рядом с тем местом, где притаилась Хлоя. От возбуждения и страха, что ее обнаружат, она дрожала так сильно, что казалось – еще немного, и листва вокруг нее тоже затрепещет и зашуршит. К счастью, Броуди не издавал ни звука; от старости он оглох, а когда его брали на руки – норовил задремать. Правда, во сне пес часто храпел и попукивал, но сейчас его дыхание было совсем тихим, почти беззвучным. Несмотря на это, Хлоя с каждой минутой все больше боялась, что ее могут заметить. И что тогда делать? Нельзя ведь как ни в чем не бывало вылезти из кустов и сказать: «О, привет! Отличная сегодня погода, правда? Я тут прогуливаю своего пса. Он уже старый, и ему нужно чаще бывать на улице». Да, она была в ловушке и сама это понимала. Ей оставалось только замереть и надеяться, что ее не увидят.
Женщина – Глория – бросила мрачный взгляд в сторону особняка.
– Так кто там у тебя?
– Это… Джемма.
– Что-о?!
– Послушай, я могу все объяснить!..
– Давай, объясняй. И начни с того, почему она здесь. Что она делает в твоем новом доме? Ты говорил мне, что между вами все кончено. Ты обещал, что разведешься. Господи, я… Я просто не могу в это поверить! Ты говорил мне, что переедешь на Запад, найдешь новую работу – и все это ради меня. Ради нас. Ради Оливера. Ты сказал, мы будем жить как одна семья, а оказывается…
– Выслушай меня, Глория, пожалуйста!.. Джемме сейчас очень тяжело, и я должен был…
– Должен был что? Притащить ее сюда и поселить в своем новом доме? Чтобы она жила с тобой как раньше?
Он потянулся к ее руке, но Глория отпрянула. Несколько мгновений она разглядывала Холодный дом, словно пытаясь что-то понять, потом снова повернулась к Эдаму. Свет из окон упал на ее лицо, и Хлоя увидела, что щеки Глории блестят от слез.
– Два года!.. – прошептала она. – Мы мечтали об этом целых два года!.. Еще тогда ты говорил мне, что ей тяжело, что она очень переживает и поэтому ты должен постепенно подготовить ее к мысли о разводе… Ну что, подготовил? Вы расстаетесь?
Эдам поднес палец к губам в знак того, что нужно говорить тише.
– Ага, ты хочешь, чтобы я не поднимала шума? Чтобы пряталась, словно я твоя гребаная любовница? – Глория коротко и хрипло рассмеялась. – Что ж, все правильно. Любовницей я
