Невеста криминала - Маша Драч
Я крепче смыкаю колени и аккуратно отодвигаюсь на самый краешек своего сиденья.
Ни о чем таком я даже и не собиралась думать, просто… Поступок Дыма застал меня врасплох. Я решила, что это такая своеобразная форма заботы. Неосознанно и по привычке, потому что в моей семье принято друг о друге заботиться. А Дым… Ему скорей просто не хочется ждать меня. Вдруг еще заболею, промочив ноги и из-за этого у него возникнет дополнительная возня.
Да, такое предположение уже больше соответствует логике его поведения.
Я чуть-чуть морщусь и потираю рукой свой живот, всё еще ощущаю ребро ладони Дыма.
Когда я вижу ворота знакомого ЖК, понимаю, что на сегодня с вылазками покончено.
Я предложила себя в качестве гаранта, вот Дым этим и пользуется. Показал меня этому Бармалею, заручился его поддержкой и обратно в клетку отправляет. Такова цена помощи. Я не жалуюсь и не жалею себя, просто стараюсь подмечать все нюансы.
Внедорожник тормозит у парадного входа. Я тянусь к дверце и слышу тихое жесткое:
— Постой.
Оборачиваюсь, не имея ни малейшего представления, что Дым хочет мне сказать.
Он достает из подлокотника комплект ключей и молча передает мне.
— Я теперь смогу выходить в любое время?
— Да. В конце месяца свадьба. Готовься.
— Разве мы просто не поставим подписи?
— Нет. Не забудь п-пригласить своих, — Дым хмурится и стискивает губы в узкую бледную полоску. Он кажется недовольным, но чем именно — не знаю.
— Но зачем? Сонька… Я не хотела ей ничего говорить.
— Это мое условие, — отрезает Дым и смиряет меня раздраженным взглядом.
Я снова чувствую себя надоедливой мухой. Проглатываю свои аргументы насчет Сонькиной непростой беременности, стискиваю в руках ключи и киваю.
— Свободна.
Внедорожник резко сдает назад, когда я выхожу и быстро уносится в неизвестном для меня направлении. Дождь уже почти прекратился, но я всё равно не рискую долго стоять под открытым небом. Забегаю в холл и чувствую себя двояко. С одной стороны, дело сдвинулось с мертвой точки, а с другой, легче совсем не стало.
Как я расскажу Соньке о предстоящей свадьбе? И зачем эта дурацкая свадьба вообще сдалась? Вряд ли Дым внезапно захотел поучаствовать в конкурсах какого-нибудь заводного тамады.
___
*Бармалей (Сергей) — главный герой криминального любовного романа «Принцесса криминала».
Глава XIII
— До понедельника, девочки, — весело машу рукой коллегам и быстро запрыгиваю в лифт.
Кивком благодарю мужчину, который сегодня у нас весь день чинил кондиционеры за то, что подождал и открываю приложение такси.
Мой отпуск официально закончился неделю назад, и всю эту неделю я усердно трудилась в офисе. Я люблю свою работу, несмотря на различные мелкие неурядицы, которые случаются в каждой профессии. Но всё равно даже подумать не могла, что буду настолько рада вернуться в свой родной офис.
Во мне кипит столько энтузиазма и оптимизма, что я готова взяться на все проекты сразу и каждый из них довести до идеального идеала.
Моя жизнь почти вернулась в прежнее русло.
Нет. Не так.
Она стала даже лучше, потому что на днях дядя обрадовал меня новостью, сказав, что ему дали внушительную отсрочку для погашения долга. Прежде мы о ней могли только мечтать. Чтобы хоть как-то расплатиться с долгами дядя продал всю нашу личную ювелирку и свой горячо обожаемый «майбах». Никаких больше поездок заграницу и брендовых вещей. Мы ужали себя во всём, но и этого было мало. На уступки никто идти не хотел. А теперь вот пошли.
Очевидно, что без Дыма здесь не обошлось. Мой план шажок за шажком начинает действовать. И пусть в скором времени я выйду замуж за человека, которого не люблю и который, очевидно, меня презирает, но эта жертва определенно стоит того.
Дядя всё спрашивает, какой я вижу свою будущую жизнь. Он думает, что в ней должно что-то кардинально измениться после замужества, а я верю, что всё останется как есть, за исключением моего семейного положения. Мы и сейчас с Дымом не часто видимся: у него своя жизнь, а у меня своя. Я буду и дальше работать, если удастся, всё-таки спланирую свою летнюю поездку в Испанию. Я никогда не забуду о том, что он нам помог. Не стану убегать или предавать. Разве этого плохо — такая жизнь?
Мне кажется, что совсем нет.
На парковке офиса меня уже ждет машина такси. Я единственная в нашей семье, у кого нет прав. Мне гораздо комфортней на пассажирском сиденье, чем за рулем. Улыбчивый водитель здоровается со мной и мягко стартует.
Я стараюсь оставаться в приподнятом настроении. В мыслях перебираю план работы, который взяла на дом. Отписываюсь в нашем с девочками рабочем чате. Они зовут меня где-нибудь посидеть, отдохнуть. Я очень хочу, но с датой пока не определилась. Сложно думать о веселье, когда мне нужно поговорить с Сонькой.
«Это мое условие», — снова звучит в голове суровый тон голоса Дыма.
Понимаю, что рано или поздно мне всё равно придется раскрыть Соньке правду, но… Я думала, что сделаю это намного позже. В идеале, когда проблемы дяди окончательно разрешатся, а она уже родит маленького. Но Дым поставил меня в такое положение, что я не только должна немедленно рассказать правду, но и фактически втянуть в свой план.
Пытаюсь представить будущую свадьбу и не могу. Не получается. В мыслях расползается только черное пятно. Но я себя успокаиваю тем, что вполне отчетливо вижу свою жизнь после нее. А это самое главное.
По пути к сестре я быстро забегаю в ближайший супермаркет, который попадается нам на пути. Прошу водителя подождать буквально пять минут. Покупаю любимые Сонькины сладости, потому что ехать к ней с пустыми руками некрасиво и возвращаюсь в машину.
Сестра встречает меня улыбкой и теплыми объятиями.
Я не так уж и долго провела в «заточении», но всё равно успела безумно соскучиться. Да и последний наш разговор оказался, мягко говоря, скомканным. Я до сих пор из-за этого чувствую себя виноватой.
— А Серёжка где? — интересуюсь, когда Соня проводит меня в гостиную.
— На работе. У него, как всегда, запара. А я тут одна сижу, скучаю, — пожимает плечами сестра и нежно обнимает свой округлый живот.
— Как ты себя чувствуешь?
Я сразу замечаю, что Сонька чуть бледная.
— Нормально. Утром слабость была. Совсем есть не хотелось. Сейчас вот печенюшку одну съела.
— Может, в больницу надо?
— Не надо. Я там точно на стены
