Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми
— Первоочередная задача — перекрыть утечки! Мы ничего не добьёмся, если такие материалы, как видео с Тейтом, оказываются в лапах непристойных СМИ. Ущерб городу и лично мне — неисчислим. Тот, кто слил запись «РАМ», хотел выставить нас идиотами.
Хотя Пил обращался к Госсетту, тот не моргнул. Фэллоу заметно поёжился, но тоже промолчал.
Асперн перевёл взгляд на Моргана:
— Поиск преступника — дело полиции.
— Мы этим занимаемся, — ответил Морган.
Гурни подумал, не упустил ли Морган ещё одну деталь, о которой не упомянул.
— Что до более широкой проблемы, — продолжил Асперн, — нам нужны спокойные, последовательные месседжи, чтобы противодействовать медийному бреду. Возможно, Мартин со своим опытом поможет разработать стратегию?
Кармоди прочистил горло:
— Рад помочь. Но прежде, чем шить костюм, нужно знать фигуру.
Морган растерянно моргнул:
— Фигуру?
— Фактуру дела — особенно проблемные места. Мастерский крой многое скрывает, если знаешь, что прикрывать.
— Проблема номер один, — отрезал Пил, — в том, что человека объявили мёртвым, а он, оказывается, жив. Это колоссальная ошибка — корень заголовков про «зомби» и всех прочих бед, что на нас свалились.
— Чертовски бесполезное наблюдение, — пробурчал Фэллоу, мрачно глянув на Пила.
Кармоди кивал, как на обычном клиентском брифинге:
— По опыту: антикризисная коммуникация держится на трёх столпах — простота, демонстрация компетентности и видимость прозрачности. Прежде всего важно объяснить, что констатация смерти — это обоснованное врачебное суждение, основанное на наличии определённых фактов. Последующее «оживление» следует описывать как редкое, но далеко не уникальное явление. В сети полно примеров. Смысл — развеять мистику, пресечь разговоры о сверхъестественном.
Асперн улыбнулся:
— Простота — это хорошо. Приземлённо. Никаких оправданий. Не надо влезать в такое, как «у нашего судмедэксперта огромная нагрузка из‑за передозировок, вскрытий и так далее».
— Именно! — подхватил Кармоди. — Правило номер один: никогда не оправдывайте ошибку, если инцидент можно описать как здравое профессиональное суждение, основанное на неполном или неверном наборе фактов.
— Мне нравится, — сказал Асперн. — Хармон, мы можем это юридически обосновать?
Госсетт едва заметно кивнул, выражая одобрение.
Стайлз выглядел так, будто его мучили газы.
— Проблема, Гиффорд? — спросил Асперн.
— Рад, что Фэллоу снимут с крючка. Рад, что чушь про «воскрешение» прекратится. Но как насчёт «колдовства» и «сатанинской» чепухи? Есть план, как это прикрыть?
Кармоди кивнул:
— Это та же зона. Решение — в тоне и словаре. На публике — никаких громких, расплывчатых, мистических слов. Только простые, сухие формулировки. Подозреваемый — бывший заключённый из неблагополучной среды, много раз задерживался полицией за угрозы и нападения. Полиция его разыскивает. Акцент на практике и процедуре. Разговоры о «колдовстве» — тупой отвлекающий манёвр, не достойный обсуждения. Подчёркиваем: иррациональные домыслы всегда играют на руку преступнику. Покажите школьное фото подозреваемого — желательно, где он выглядит хилым и неуклюжим; очевидно, никакой «магии», обычный преступник средней руки, поимка которого — вопрос времени.
Асперн посмотрел вдоль стола на Моргана:
— Вы согласны?
Морган прочистил горло:
— Возражений нет.
— А вы, детектив Гурни? Замечания?
— Будьте осторожны, не преуменьшайте опасность. Убийца на свободе. Он опасен, умен, работоспособен и хладнокровен. И, вероятно, не закончил.
Асперн моргнул:
— Вы это к чему?
— Думаю, у него в планах ещё несколько убийств.
Несколько голосов вспыхнули одновременно:
— Откуда вы это знаете?
Гурни не хотел разглашать конфиденциальные детали в обществе людей, способных помешать расследованию.
— Сейчас не могу конкретизировать, но есть признаки, что Тейт готовится к новым нападениям.
— Боже мой, — сказал Стайлз. — О каких приготовлениях идет речь? Разве не следует подробно рассказать об этом ради личной безопасности?
— Раскрывать, что я имею в виду, — бессмысленно.
Он перевёл взгляд на Асперна:
— Но к любым публичным заявлениям из вашего офиса или департамента стоит добавить просьбу ко всем, кому Тейт когда-либо угрожал, незамедлительно сообщить об этом.
Асперн выглядел встревоженным:
— Почему вы так говорите?
— Тейт угрожал убить Ангуса Рассела — и Ангус мёртв. Он грозил Линде Мейсон — и Линда мертва. Игнорировать его прежние угрозы нельзя.
Маленькие глазки Асперна расширились:
— Он угрожал мне.
— Когда?
— Вскоре после выхода из тюрьмы. Сразу после того, как Селена Карсен купила ему тот оранжевый джип. Я застал его за рулём, когда он катался по моим угодьям.
— Что произошло?
— Я велел ему убираться с моей собственности. Он сказал, что любой, кто претендует на Харроу-Хилл, заслуживает смерти.
— Вы сообщили об этом полиции?
Асперн покачал головой:
— Я решил, что это пустые слова.
Когда заседание завершилось, Кармоди ушёл вместе с Асперном. Гурни перехватил Хильду Рассел, которая за всё время не сказала ни слова, уже у выхода. Крепкая женщина с короткими седыми волосами, плотно облегавшими крупный череп, была одета в строгий серый костюм поверх чёрной водолазки — наряд подчёркивал прямоугольность её фигуры.
— Преподобная Рассел?
— Здравствуйте, детектив Гурни.
В ярко-голубых глазах у неё светился ум. Они обменялись улыбками и рукопожатием; ладонь оказалась сильной и неожиданно грубой.
— Мне бы хотелось…
— Не могли бы вы поговорить со мной сегодня позже? Назовите время.
— Через полчаса?
— Здесь или в доме священника?
— В доме священника звучит интереснее.
— Тогда до встречи.
Она вышла, ступая легко для такой основательной фигуры.
В зале, кроме Моргана и Гурни, остался только доктор Рональд Фэллоу. На нём был тот же синий блейзер, что и на месте убийства Кейн. Он стоял у своего кресла, быстро перелистывая экраны телефона. Общее негодование, не сходившее с его лица почти всю встречу, сменилось выражением, которое Гурни не сразу смог распознать.
Морган повернулся к нему:
— Эта история про то, что ты нашёл признаки подготовки новых убийств… что, чёрт возьми, ты имел в виду?
— То, что я заметил, лишь наводит на мысли, — ответил Гурни. — Тейт использовал кровь Линды Мейсон, чтобы оставить на стене послание «Тёмного ангела». На это ушло от силы грамм пятьдесят. Но с места преступления, крови исчезло гораздо больше. Это ничего не доказывает, но намекает на продуманный заранее план.
— Значит, ты считаешь, мы только в начале…
Его перебил Фэллоу, подходя с телефоном:
— Шеф, нашёл кое-что, что может вас заинтересовать. То, что не давало мне покоя со вскрытия Рассела. Местонахождение отрезанного пальца. В этом было что-то… знакомое.
Он развернул экран. Фотография: седой мужчина с «каменным» подбородком в свидетельском кресле, драматично жестикулирующий указательным пальцем.
— Ангус, — пробормотал Морган, то ли себе, то ли Гурни.
— Да, — сказал Фэллоу. — Суд над Билли Тейтом по делу об угрозах. Прокурор спросил Рассела, опознаёт ли он человека, который ему угрожал. Ангус указал прямо на Тейта. Знаете, что произошло дальше?
Морган покачал головой.
— Когда Ангус выставил палец, Тейт заорал: «А
