Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон
Харрисон переключил на новый файл – страницу из полицейского протокола с фотографией и распечатанными подробностями.
– Байрон Пью. Двадцать шесть лет, житель Бруклина, штат Массачусетс. Найден повешенным на заднем дворе дома в Праутс-Нек, штат Мэн, четырнадцатого августа две тысячи восьмого года. Последний раз видели во время отпуска в Скарборо, четырьмя днями ранее, десятого августа. – Харрис повернулся к Алексу. – В сотне миль отсюда. Шестнадцать лет назад. Итак, у нас есть серийный убийца. Что за Рип Ван Винкль[239] – если других тел мы не найдем – все это время спал, а потом проснулся и взялся за старое?
– То дело так и не раскрыли?
– Нет.
Алекс попытался всмотреться в текст на экране.
– Причина смерти? Я так понимаю, не рана?
– Нет. Не она. – Харрис вновь постучал по экрану и продемонстрировал четвертое фото – тело крупным планом. На одной стороне мертвенно-белой шеи и плеча был пурпурно-коричневый синяк. Тот же самый заход с плеча. Убийца был левшой. Он сделал с ним то же самое, что и с Шейном Картером. Причина смерти, – вновь переключил он на отчет, – асфиксия. Такие же синяки вокруг рта и ноздрей. В его анализе крови были обнаружены следы диметилтриптамина, и это позволяет предположить, что перед смертью он употреблял наркотики, вероятно грибы. – Спецагент Харрис вновь повернулся к Алексу. – О чем все это нам говорит, детектив? Пока у нас нет информации о других таких жертвах, мы имеем два тела, обработанных одним и тем же убийцей. Почему Байрон Пью в Праутс-Нек в две тысячи восьмом году и почему Шейн Картер здесь и сейчас? С какой стати этот псих вдруг проснулся после такого долгого сна? И когда нам ожидать новых выходок? Может, он отсидел в тюрьме и вышел на свободу? Женился, завел детей, был по уши в делах?
Уверенный тон этого ребенка, этого странно взрослого мальчика, его «Викс ВапоРаб», а теперь и профессорский тон, который Алекс прежде слышал лишь у грубых, опытных инструкторов полиции, когда проходил обучение в Академии уголовного правосудия, совершенно не вязались с его гладким розовым лицом.
– Не знаю, – сказал Алекс, надеясь, что его голос звучит не слишком виновато.
– Верно. Мы не знаем, – безапелляционно заметил Харрис. – Сейчас мы не можем знать и половины того, что произошло. Но кое-какая новая информация у нас все же появилась. Мы имеем дело с серийным убийцей. Спланированным убийством. Тот, кто его совершил, знал Байрона Пью или, во всяком случае, наблюдал за ним и выбрал. У убийцы есть свой метод, есть место, где он орудует, – такие преступления не совершаются посреди дороги или на пляже. И под действием момента – тоже. Преступник одолел Пью – крупного парня в сто восемьдесят пять сантиметров ростом, – приволок к себе домой или в какое-то убежище, где проделал все свои манипуляции, и повесил на заднем дворе в Праутс-Нек. – Харрис вернулся к экрану. – Мы проверяем все возможные связи между Байроном Пью, его прошлым, членами его семьми, одноклассниками, друзьями, коллегами и так далее, со всеми, кого знал Шейн Картер, и всеми, кто работает в Поселении.
– Хорошо, – сказал Алекс. Он был впечатлен. Тинтин нашел зацепку – серийный убийца, оперативник, прошлое – и теперь со всей решительностью и всеми возможностями агента ФБР намеревался двигаться дальше. – Есть идеи, почему именно Праутс-Нек?
– Здесь находится элитный летний курорт. Для жителей штата Мэн – что-то вроде Хэмптона.
Это Алекс знал и сам.
– Скарборо – менее модный летний курорт по соседству. Пью с компанией ровесников несколько недель снимал там дом. У полиции, проводившей первоначальное расследование, вероятно, были те же вопросы, и я уже отправил отчет на вашу электронную почту. – Спецагент Харрис закрыл ноутбук. – Я собираюсь съездить туда и пообщаться с полицейскими, с жителями района, разузнать что-нибудь насчет Праутс-Нек. Может быть, вернусь ни с чем – полиция ведь уже сделала все что могла, – но кто знает.
– Когда вы туда собираетесь? Может, съездим вместе?
Харрис моргнул и стал еще больше похож на Тинтина.
– Я собираюсь сегодня. Не думаю, что мне нужна компания. Само собой, я поделюсь с вами всей информацией, какую смогу выяснить. Но два человека там не требуются.
Алекс встал.
– Значит, вы не считаете, что это имеет какое-либо отношение к Поселению, где было оставлено тело Шейна? К тем, кто там работает?
– Мы не нашли ничего, что связывало бы Байрона Пью с Гранитной гаванью. Или этим историческим местом. Одно тело обнаружено здесь, другое – в Праутс-Нек. Это может что-то значить, а может и не значить ничего. Автокатастрофа может произойти где угодно, и дорожные условия тут значения не имеют. Имеет значение то, что делали люди в машине.
Меткое выражение. Мудрое. Видимо, Харрис этого набрался в Бюро.
– Дайте мне знать, когда вернетесь из Праутс-Нек, – попросил Алекс.
– Не вопрос. Думаю, сегодня вечером. А вы пока чем займетесь?
– Изучу историю Поселения. Мне все-таки кажется, здесь должна быть какая-то связь.
– Хорошее дело! – сказал Тинтин.
Нет, не нравился Алексу спецагент Харрис.
21
Поселение живой истории Гранитной гавани вновь открылось для посетителей. Жуткое убийство старшеклассника, тело которого было обнаружено на месте этой достопримечательности, хотя и было широко освещено в прессе, на поток туристов не повлияло – их машины по-прежнему занимали всю небольшую парковку. В своих бирюзовых, клюквенных и темно-синих, ватных и стеганых куртках, в розовых кроссовках, с рюкзаками из нейлона и рипстопа за спиной, они, выходившие из внедорожников космической эры, казались гостями из будущего.
Алекс не походил на туриста. На его лице не было написано то восхищенное, жизнерадостное выражение, с каким они наклонялись поближе, чтобы рассмотреть конструкцию хижин, или беседовали с актерами. Он держался особняком, бродя мимо хижин и садов, как будто заблудился, всматривался в деревья на берегу узкого галечного пляжа. На несколько шагов забрел в сырое болото, оценил его глубину и мшистое дно. Сквозь заросли ежевики, золотарника и шиповника по колено высотой прошел на каменистый пляж, осмотрел берег. Зачем он все это делает, Алекс понятия не имел. Может быть, хотел понять, какие чувства вызывает у него это место. В каком направлении развиваются его мысли. Что он может себе представить. Когда-то он жил своим воображением. Оно дарило ему персонажей, раздавленных тревогой и стрессом.
Почему убийца выбрал это место? Может быть, это был псих-реконструктор, воссоздавший какое-то событие, имевшее место здесь во времена Поселения? Или связь существовала лишь в сознании маньяка, порожденная его никому не ведомыми ассоциациями?
Кто-то из
