Умереть не до конца - Питер Джеймс
Отсюда было прекрасно видно вход в офис Софи.
По дороге ехал черный «феррари». Новейшая модель, «Ф-430-спайдер». Он равнодушно взирал на остановившийся перед ним автомобиль, путь которому преграждало высаживающее пассажира такси. Современные машины никогда особо не трогали его. По крайней мере, не настолько, как других. Он совершенно не жаждал обладать ими. Хотя и прекрасно разбирался в них, это верно. Он знал все модели практически всех марок автомобилей на планете, держал в голове большую часть их технических характеристик и неплохо ориентировался в ценах. Еще одно преимущество наличия большого количества времени. Разглядывая колесные спицы, он заметил, что у этой машины усовершенствованная тормозная система «Брембо» – 380-миллиметровые керамические диски с 8-поршневыми суппортами спереди и 4-поршневыми сзади. Экономия веса по сравнению со стальными составляет 20,5 килограмма.
«Феррари» выехал из поля его зрения. Софи работала на втором этаже, но он не был уверен, за каким именно окном. Хотя это не имело значения: она все равно входит и выходит только через эту единственную дверь, которая хорошо просматривается.
А песня все еще играла.
Довольный, он про себя подпевал Армстронгу.
9
В кабинете секретаря гольф-клуба «Северный Брайтон» – отставного майора, которому довелось нести действительную службу на Фолклендских островах и в Боснии, что было немаловажным фактом его биографии, – царила несколько армейская атмосфера. Однако военное прошлое не повлияло на самые важные элементы его жизни, в том числе и на гандикап в гольфе.
На полированном столе красного дерева лежали аккуратные стопки бумаг. Кроме того, там стояли два маленьких флажка: один государственный – «Юнион Джек», а второй – зелено-сине-белый, с логотипом клуба. На стенах висело несколько фотографий в рамках, некоторые в стиле ретро, в приглушенных коричневых тонах, с изображением игроков на поле для гольфа, а также коллекция старинных клюшек, скрещенных, как дуэльные шпаги.
Бишоп в одиночестве сидел на большом кожаном диване, глядя на детектива-сержанта Гленна Брэнсона и детектива-констебля Ника Николла, расположившихся напротив него. Все еще облаченный в одежду для гольфа и туфли с шипами, он сильно вспотел – как от жары, так и от того, что сейчас услышал.
– Мистер Бишоп, – объявил высокий чернокожий полицейский, – мне очень жаль, что приходится это вам говорить, но ваша уборщица, – он перевернул пару страниц в блокноте, – миссис Айяла, приехала к вам домой на Дайк-роуд-авеню, Хов, сегодня утром, в половине девятого, и обнаружила, что ваша жена, миссис Кэтрин Бишоп… – Он сделал паузу, как будто желая убедиться, что ее действительно так зовут.
Бишоп непонимающе смотрел на него.
– Э-э-э… миссис Бишоп, похоже, не дышит. «Скорая помощь» прибыла без восьми минут девять, и, по сообщению медиков, признаков жизни обнаружено не было. Простите, что сообщаю вам это печальное известие, сэр, но в девять тридцать прибыл полицейский врач и констатировал смерть вашей супруги.
Бишоп открыл рот, лицо его задергалось, а глаза завращались так, что, казалось, временно сорвались с места, словно бы ничего не видя и ни на чем не фиксируясь. Из горла его вырвался слабый хрип:
– Нет! Пожалуйста, скажите мне, что это неправда! Я прошу вас! – Затем он наклонился вперед, закрыв лицо руками. – Нет! Нет, я не верю в это! Пожалуйста, скажите мне, что это неправда!
Последовала долгая тишина, которая прерывалась только его всхлипываниями.
– Пожалуйста! – вновь воскликнул Бишоп. – Ведь это была не Кэти, правда? Тут какая-то ошибка! Только не моя любимая, дорогая Кэти…
Двое полицейских сидели неподвижно, чувствуя себя крайне неловко. Гленн Брэнсон, голова которого раскалывалась с похмелья, отчаянно ругал себя за то, что позволил Рою Грейсу выпихнуть его на работу раньше срока. Если бы Гленн не пошел у него на поводу, то сейчас не оказался бы в подобной ситуации. Вообще-то, сообщать такие новости со всеми вытекающими отсюда последствиями было обязанностью сотрудников отдела по взаимодействию с семьями потерпевших, прошедших специальную психологическую подготовку. Однако Грейс не всегда соблюдал правила и в случае подозрительной смерти стремился делать это сам либо поручал кому-нибудь из членов своей команды, чтобы непосредственно увидеть реакцию родственников. Ничего, полагал он, у специалистов по связям с семьями будет достаточно времени, чтобы выполнить свою работу позже.
С тех пор как Гленн проснулся сегодня в доме Роя, весь день его превратился в сплошной кошмар. Сначала пришлось выехать на место происшествия. Красивая рыжеволосая женщина лет тридцати лежала обнаженная в постели; руки привязаны к перекладинам кровати двумя галстуками, рядом противогаз времен Второй мировой войны; тонкая синяя полоса на шее вполне могла быть странгуляционной бороздой. Вероятно, причина смерти – удушение, но пока что утверждать это слишком рано. Сексуальная игра пошла не так или это преднамеренное убийство? Только патологоанатом Министерства внутренних дел, который должен прибыть на место происшествия в ближайшее время, сможет наверняка установить, что же произошло.
Этот чертов ублюдок Грейс, которого Брэнсон всегда боготворил – хотя порой и сам не понимал почему, – приказал ему пойти домой и переодеться, а затем сообщить печальное известие мужу. Гленн мог бы отказаться, он ведь официально все еще на больничном, и, скорее всего, он бы именно так и поступил, будь на месте Грейса кто-нибудь другой. Кроме того, Гленн отчасти был даже признателен Рою за то, что суперинтендант отвлек его от семейных проблем.
Поэтому он отправился домой в сопровождении констебля Ника Николла, который без умолку болтал о своем новорожденном сынишке и рассказывал о радостях отцовства, и, к своему облегчению, обнаружил, что Ари нет дома. И вот теперь, свежевыбритый, в костюме и ботинках, Гленн сидел в здании гольф-клуба «Северный Брайтон». Он только что сообщил Бишопу печальное известие и зорко, как коршун, наблюдал за его реакцией, пытаясь отделить эмоции от работы: ему надо было беспристрастно оценить этого человека.
Согласно статистике, около семидесяти процентов всех убийств в Великобритании совершается родными и знакомыми жертв. Так что в данном случае муж был первым, кто попадал под подозрение.
– Могу я вернуться домой и увидеть ее? Моя любимая Кэти. Моя…
– К сожалению, нет, сэр. Это невозможно, пока не закончится судебно-медицинская экспертиза. Вашу жену отвезут в морг, скорее всего, сегодня утром. Там вы сможете увидеть ее тело. Боюсь, сэр, вы понадобитесь нам для опознания.
Брэнсон и Николл молча наблюдали, как Бишоп, закрыв лицо руками, раскачивается взад-вперед на диване.
– Почему мне нельзя поехать домой? Это же мой дом! Наш дом! – вдруг выпалил он.
Гленн взглянул на напарника, который предусмотрительно отвернулся, уставившись в широкое
